Князь Василий Шуйский

         

          Василий Иванович Шуйский (1552 - 1612 гг.) был последним великим князем Руси и царём из рода Рюриковичей.

          Князья Шуйские происходили от Андрея Ярославича, первого великого князя Владимирского, брата Александра Невского. В 1252 году Андрей Ярославич поднял восстание против Золотой Орды. Потерпев поражение, он бежал на запад, вместе со своей женой, дочерью непримиримого противника Орды Даниила Галицкого. После этого великое княжение Владимирское перешло к его брату Александру, а Андрей через некоторое время стал князем Суздальским. Шуйские являлись старшей ветвью рода этого князя.

          Князья Шуйские дольше других сохраняли независимость от Москвы, набиравшей в XIV - XVI вв. политическую силу, но при этом всё больше подпадавшей под влияние татарских ханов. Василий Шуйский был последним воеводой Новгорода перед захватом этого города Иваном III и включением его в Московское княжество. После перехода на службу к московским князьям Шуйские занимали видное, нередко первенствующее положение при дворе. Князь Василий Васильевич Шуйский в конце правления Василия III был московским воеводой. Шуйские возглавляли регентский совет при малолетнем Иване IV. Князь И.П. Шуйский в 1581 году руководил успешной обороной Пскова против войск Стефана Батория, отвоевавшего у Ивана IV Ливонию. При царе Федоре Ивановиче И.П. Шуйский входил в регентский совет.

          После смерти сыновей Ивана IV Федора и Дмитрия, и прекращения, таким образом, династии Калиты, Шуйские, как старшие в роде Рюриковичей, являлись законными наследниками русского трона. Однако власть была узурпирована Борисом Годуновым, шурином Ивана IV, инсценировавшим после смерти царя Федора своё "всенародное избрание". "Был положен порядок, что с тех, кто не придут просить Бориса на царство, брали два рубля" ("Иное сказание").

          Князья Шуйские негодовали, видя возвышение Годунова, но помешать ему не могли. "Князья Шуйские, самые сильные и знатнейшие в государстве, искали средства для свержения его, но тщетно"[1].

          Борис Годунов, в свою очередь предпринимал меры для ослабления Шуйских. По его приказу в 1588 году был убит И.П. Шуйский, герой обороны Пскова; отправлены в ссылку другие князья рода Шуйских. С провокационной целью Годунов назначил Василия Шуйского руководителем следственной комиссии по делу об убийстве в 1591 году, скорее всего по приказу самого Бориса, царевича Дмитрия; однако Василий не дал ему повода для расправы: в документах следствия ни разу не упоминалось имя узурпатора. Единственное, что позволил себе князь – не зачитывать документ своей комиссии на созванном по делу об убийстве Дмитрия соборе.

          Князь Василий Шуйский стал главой рода после И.П. Шуйского. Среди современников он слыл весьма начитанным; "славился книжным знанием столь удивительным, что его считали волхвом" (Карамзин). Известный также своей осторожностью, Василий Шуйский пережил правление "всенародноизбранного" узурпатора.

          Князья В. Шуйский и И. Мстиславский возглавляли правительственные войска, сражавшиеся против Лжедмитрия. Василий Шуйский "просил и увещевал не переходить на сторону обманщика"[2], одним из последних "признал" Лжедмитрия и был единственным боярином, не поехавшим представляться к Самозванцу в Серпухов.

          Почти сразу после своего прихода к власти Лжедмитрий инсценировал суд над Василием Шуйским, обвинив его в "крамольных речах против государя". Некоторые историки полагали, что причиной организации суда над Шуйским была его неосторожная агитация против Лжедмитрия, другие (например, Р. Скрынников) считали, что новый узурпатор сам спешил расправиться с Шуйским, как законным наследником престола[3]. На суде В. Шуйский был приговорен к смертной казни. По сообщению очевидцев Шуйский "вел себя храбро, не отрицал обвинений… у плахи воскликнул "Умираю за веру христианскую и за вас!"" (Карамзин). В последний момент Шуйский был помилован, вероятно, по требованию бояр или Марии Нагой.

          По мере того как Лжедмитрий всё более явно отступал от русских обычаев, в том числе церковных, Шуйский приобретал всё большую популярность. "Всеми уважаемый как первостепенный муж государственный и потомок Рюрика, Василий Шуйский был тогда любимцем народа, прославив себя неустрашимой твёрдостью в обличении самозванца" (Карамзин).

          Через некоторое время Василий Шуйский организовал заговор против Лжедмитрия. "Не нашлось предателей, и Шуйский сумел, на глазах у Самозванца, ежедневно с ним веселясь и пируя, составить заговор" (Карамзин). 17 мая 1606 года отряды противников Лжедмитрия устремились к Кремлю. "Стеклись бесчисленные толпы и Спасские ворота раскрылись. Князь Василий Шуйский, держа в одной руке крест, а в другой меч въехал в Кремль, сошел с коня и воскликнул к тысячам: "Во имя Божие идите на злого еретика!"

          Лжедмитрий был убит; польские отряды, прибывшие с ним, рассеяны, а их руководители арестованы. Аресту подверглось и семейство Мнишков, принимавшее деятельное участие в организации похода Самозванца.

          Великим князем и царём Руси был объявлен Василий Шуйский. Формально это произошло 19 мая 1606 года на боярской Думе, где после речи Шуйского, предложившего избрать нового правителя государства, бояре ответили: "такой человек в Русской земле есть только один князь Василий Иванович Шуйский". Однако фактически Шуйский лишь занял трон, принадлежавший ему по праву наследования. Историк Р. Скрынников отмечал, что "права Шуйского на трон были бесспорными и не требовали доказательств". "Шуйский считал себя государем по праву рождения, а не в силу земского избрания". 1 июня 1606 года Василий Иванович Шуйский был коронован.

          В отличие от предыдущих великих князей, Шуйский начал правление не с очередного ущемления прав подданных, а с (добровольной) присяги не казнить и не ссылать никого без приговора боярской Думы. Ещё одной характерной чертой политики В.И. Шуйского была опора на русских. Эта перемена – Борис Годунов опирался на немецких наёмников, щедро вознаграждал их, в частности, охотно дарил им закрепощённых – им же – русских крестьян – была отмечена тогдашними иностранными наемниками, типа Конрада Буссова: в своим мемуарах они негодовали на Шуйского и превозносили "щедрого" – за счет русского народа – Годунова.

          По инициативе Шуйского новым патриархом Московским и всея Руси был избран Гермоген, до конца поддерживавший великого князя и погибший почти одновременно с ним. Ещё одним верным сторонником Шуйского был Дмитрий Пожарский, подмосковный воевода.

          Великому князю досталось сложное наследство. Казна была разграблена Самозванцем; положение при дворе нестабильно; в стране происходили крестьянские волнения, вызванные недавними голодными годами и установлением крепостного права. Одной из неприятных проблем представлялась возможность появления новых самозванцев. Шуйский принял меры против этого: послал в города грамоты с сообщением о свержении Отрепьева, привел свидетельства Марии Нагой, перевёз в Москву останки настоящего Дмитрия. Однако второй самозванец всё же появился. По сообщениям ряда современников он был крещёным евреем из Белоруссии[4].

          Войска Лжедмитрия II, состоявшие в основном из поляков и литовцев, захватили и разграбили многие русские города, подошли к Москве и расположились в Тушино. В лагере Лжедмитрия оказался ряд бояр, в том числе ростовский митрополит Филарет Романов; самозванец возвел его в патриархи[5]. Романов, М. Салтыков, другие бояре играли видную роль при дворе "тушинского вора". "Те, кто еще недавно верно служил Иоанну ужасному, изменяли царю снисходительному, передавались бродяге и ляхам, древним неприятелям России… чудесное исступление умов, изъясняемое единственно гневом Божьм" (Карамзин). Василий Шуйский в сложных условиях организовал оборону страны. "Борис оставил преемнику казну и только одного главного воеводу Басманова-изменника, Лжедмитрий не оставил ничего, кроме изменников, Василий делал что мог" (Карамзин). Великий князь и патриарх рассылали письма в города, убеждая жителей противостоять неприятелю, созывали ополчение. Длительное время успешно оборонялся от литовских войск Троице-Сергиевский монастырь. Существенную помощь Шуйскому оказал отряд шведов под командованием Делагарди.

          Воспользовавшись сложным положением России, король Польши Сигизмунд предпринял попытку вернуть Смоленск, отвоёванный ранее русскими у поляков. 25 июля 1608 года Польша объявила войну России. С одной стороны это ухудшило положение князя Василия, с другой – вызвало отток приверженцев самозванца, которым король предложил перейти к нему на службу. В январе 1610 года Лжедмитрий II бежал из-под Москвы. Оставшиеся без руководителя "тушинские бояре" решились на прямую государственную измену: направили делегацию к Сигизмунду с предложением передать русский престол польскому королевичу Владиславу. "В сей раде крамольников присутствовал и Филарет" (Карамзин).

          В июне 1610 года войска Шуйского были разбиты гетманом Жолкевским. 17 июля 1610 года Шуйский был свергнут и насильственно пострижен в монахи. Руководители боярской думы решили передать престол Владиславу. Патриарх не признал пострижения и в церквях продолжал молиться за Василия. Протестовал Гермоген и против выдачи великого князя полякам, но также безуспешно.

          В лагере короля, когда поляки предложили бывшему великому князю поклониться Сигизмунду, Василий отказался, сказав "Судьбами праведными Божьими приведен я в плен, не вашими руками взят, а выдан своими изменниками". Это были последние слова Шуйского, приводимые русскими летописцами. Князь вместе с братьями был увезен в Польшу, где и погиб, в 1612 году.

          Изложенная реальная история существенно отличается от идеологизированных версий историков романовского и советского периодов, всячески старавшихся (исключая Карамзина) оклеветать Василия Шуйского. Обычными были бессмысленные и ничем не обоснованные бранные слова в адрес последнего русского великого князя, передержки, замалчивания существенных фактов. "Изображения Шуйского у историков романовской эпохи всегда почему-то напоминали карикатуру" (Н. Коняев). Впрочем, мотивы этого ясны: историки, обслуживавшие династию Романовых, должны были обосновывать её законность, а также затушевывать неблаговидную роль в захвате поляками Москвы Филарета Романова. Революционные советские – они же современные демократические – историки испытывали к Рюриковичам ещё и личное нерасположение: ведь именно князь Святослав из рода Рюрика в X веке разгромил тогдашний центр мировой революции – он же оплот и совесть тогдашней мировой демократической общественности – Хазарский каганат.

         



        [1] "Записки гетмана Жолкевского о Московской войне", СПб, 1871 г.

        В. Шуйский в драме А. Пушкина дал известную характеристику Бориса: "Вчерашний раб, татарин, зять Малюты!"

        [2] "Записки гетмана Жолкевского о Московской войне", СПб, 1871 г.

        [3] Законным наследником русского трона считали Шуйского в то время и за рубежом. Например, коронный гетман Ян Замойский, возражая против участия Польши (короля Сигизмунда) в интриге Самозванца, резко высмеивал "чудесное спасение" Дмитрия и указывал, что право на русский престол принадлежит В. Шуйскому.

        [4] "Тушинский вор" Лжедмитрий II был назван "жидом" в письме Михаила Романова к Морицу Оранскому; в сообщениях иезуитов. Ср. также: "Тушинский вор – ни дать ни взять польский жид" (Загоскин М. "Юрий Милославский").

        [5] "Возведение Филарета в патриархи и дальнейшая служба его у шкловского царька – самая позорная страница в истории династии Романовых. Скрыть этот факт невозможно, но в дворянской историографии делалось всё, чтобы представить черное белым" (Коняев Н.М. "Первые Романовы", М., 2002 г.).