Религиозные системы и критерии истины

           

          Критерий практики. В большинстве религий содержатся утверждения, допускающие практическую проверку. Прежде всего, в ряде религий даются указания, как достичь тех или иных (материальных) целей с помощью обращённых к высшим существам ритуальных действий: молитв, жертвоприношений,… Эти указания, если только они выражены чётко и недвусмысленно, разумеется, проверяемы. Далее, во многих религиях имеются предсказания будущего (пророчества), которые также проверяемы, если выражены достаточно ясно. Далее, некоторые религиозные деятели высказывали своё мнение о физических проблемах, явлениях природы, давали им объяснения, допускающие проверку. Наконец, нет никаких причин, почему нельзя было бы проверять и чисто религиозные положения об ангелах, демонах, душах: изучать причинно-следственные связи, ставить опыты, сравнивать предсказываемое с получающимися результатами.

          Религиозные системы, в отличие от научных теорий, очень чувствительны к негативным результатам практической проверки. Если научная теория дает неточные или неверные предсказания, то она корректируется и используется далее. Незначительные ошибки не слишком подрывают её авторитет, а после их исправления доверие к ней, как правило, даже растет. Никто не ожидает, что научные теории, созданные несовершенным человеческим разумом, на основе примитивных опытов, окажутся непогрешимыми. Напротив, ошибки, даже незначительные, религиозных систем, претендующих на происхождение от существ, высших по отношению к человеку, или даже всеведущих и всемогущих, имеют катастрофические для этих систем последствия. Примером может служить судьба манихейства, основатель которого имел неосторожность предложить физические (проверяемые) объяснения для ряда природных явлений. Обнаружение ложности этих объяснений, хотя они и не имели ключевого значения в манихейской религии, повлекло за собой резко отрицательное отношение к ней со стороны её бывших сторонников (бл. Августин) или благожелательных поначалу наблюдателей (Бируни)[1].

          Другие критерии. Специфика религиозных систем не всегда даёт возможность применить критерий практики к их основным положениям. Однако есть и другие критерии, признаки, позволяющие если не подтвердить или опровергнуть положения какой-либо религии полностью, то, по крайней мере, повысить или понизить доверие к ней, иногда значительно. Таковыми являются, прежде всего: ясность, недвусмысленность религиозных утверждений; их положительное влияние на духовное, интеллектуальное и физическое состояние отдельного человека и социума в целом. Например, если представители какой-то религии мудро, как им кажется, избегают проверяемых утверждений, выражаются нарочито туманно и неясно, то доверие к ним и представляемым им системам падает. (Пример: гностицизм). В некоторых религиях охотно и подробно рассказывают о том, что происходило на Земле миллионы лет назад, о событиях в астрале, в тонких мирах и т.д., но о недавней истории или о современной физике имеют самые смутные представления (пример: теософия) – видимо, "высшие духи", с которыми адепты этих религий общались, не позаботились сообщить им такие мелочи! Подобные деятели напоминают незадачливого чародея из повести Марка Твена, без запинки рассказывавшего, чем занимаются сейчас короли и принцы в заморских землях, но попавшего в тупик, когда слушатель задал вопрос: что находится в его кармане? Итак, неясность, двусмысленность, невразумительность религиозных положений снижают доверие к ним.

          Далее, одним из признаков, косвенным образом указывающих на ложность некоторой религии, является возбуждение ею психопатологий, изменённых состояний сознания, искаженного восприятия мира, болезней; вообще снижение духовного, интеллектуального и физического уровня её приверженцев. Например, ритуалы и мистерии тибетского ламаизма наводят на мысль о расстройстве психики их участников. Убежденность лам, что их амулеты и заговоры могут защитить их от пуль[2], говорит об искажённом восприятии мира. И обратно, правильные теологические положения содействуют улучшению интеллектуального, физического состояния человека; делают более ясным восприятие им реальности. Наконец, положительное или отрицательное влияние, оказываемое какой-то религией на социум, его интеллектуальный и физический уровень, также являются признаком, по которому можно судить об истинности или ложности этой религии.

          Критерием истинности религиозной системы является также ослабление/ устранение с её помощью влияния демонов, патологических изменённых состояний сознания аналогично тому, как критерием полезности/ правильности идеологии социальной системы является не только достижение с её помощью практических целей, но и эффективное противодействие организованным преступным группировкам.

          Свидетельством ложности некоторой религиозной системы является использование её демонами. И обратно, аргументом в пользу истинности некоторой религии является борьба против нее демонов и реализующих их волю групп.

          Наконец, критерием истинности религиозной системы является точность описания ею совершающихся событий, в т.ч. в духовной области. Правильное богословие верно объясняет смысл происходящего и предсказывает будущее.

         



[1] Бируни: "этот человек (Мани) не ограничился в своем учении невежественными россказнями, но высказал также и суждения об устройстве мироздания, из которых ясно видна его преднамеренная ложь". Бл. Августин: "Я сравнивал слова Мани, изложившего свой бред во множестве пространнейших сочинений, с положениями науки: у него не было разумного объяснения ни солнцестояний, ни равноденствий, ни затмений… было приказано верить тому, что совершенно не совпадало ни с вычислениями ни с тем, что видели мои собственные глаза… И кто, спрашивается, требовал, чтобы какой-то Мани писал об этих предметах? Эти науки были ему вовсе неведомы, но он бесстыдно осмеливался поучать. При этом он не соглашался на малую для себя оценку, но пытался убедить людей, что в нем обитает Святой Дух. Его уличили в лжи относительно неба, звёзд, движения Солнца и Луны... мало того, говоря в пустой и безумной гордыне о том чего он совсем не знал и искажал он даже пытался приписать эти утверждения как бы божественному лицу… Кто же не счел бы отвратительным такое безумие?"

[2] Л. Уоддел (Waddel), находившийся в начале XX века в Тибете с английской военной экспедицией, рассказывал, как ламы "целых три дня торжественно проклинали британскую армию, предавая ее всем дьяволам", но при первых же выстрелах разбежались кто куда (Уоддел Л. "Лхаса и ее тайны", 1906 г.).